[an error occurred while processing this directive]
 

Загляните в глаза!

Автор:  Журнал "Семейный доктор" (N9) Сентябрь 1999 г.

Как часто мы говорим о чем-то очень ценном такие слова: «беречь как зеницу ока». В самом деле, никакой другой орган чувств не может сравниться со зрением по разнообразию и сложности ощущений. Соответственно и сам глаз представляет собой сложнейший прибор, требующий бережного обращения и тщательного ухода.

О том, насколько сложно устройство, глаз говорит и такой факт: лишь к 14 годам полностью формируется механизм человеческого зрения, а уже к 20 годам в глазу начинаются необратимые изменения, приводящие к ухудшению зрения. Именно поэтому любому человеку, независимо от состояния его здоровья, рекомендуется проходить обследование у врача-окулиста не реже чем раз в год.

Если сравнивать глаз с оптическим прибором, то он больше всего похож на фотоаппарат или кинокамеру: в нем есть диафрагма (радужная оболочка), объектив (хрусталик), светочувствительный слой (сетчатка). Однако глаз не плоский, как камера, он обладает сферической формой. Кроме того, пространство между хрусталиком и сетчаткой заполнено глазной жидкостью, так называемым стекловидным телом, поэтому хрусталик не может ни приближаться к сетчатке ни удаляться от нее, как приближается к пленке и удаляется от нее объектив фотоаппарата при наведении на резкость. Хрусталик растягивается или сжимается мышцами глаза, изменяя свое фокусное расстояние, и в зависимости от этого мы можем видеть далекие или близкие предметы.

Наиболее сложное строение у сетчатки. От нее зависит насколько полно и точно на ней будет сформировано изображение, которое затем глазной нерв передаст в мозг. Например, у лягушки хрусталик в глазу такой же, как у человека, а видеть она может только то, что движется, да и то только контуры. Расположенные на поверхности сетчатки светорецепторы позволяют человеку различать цвета и воспринимать контуры, распознавать движение и покой. Цветовые светорецепторы (их называют колбочками) расположены ближе к центру сетчатки, около оси зрения; рецепторы, ответственные за восприятие контуров (их называют палочками), расположены дальше от центра, ближе к периферии. Поэтому днем мы видим центральным зрением, а ночью, когда колбочкам не хватает света, работает периферийное зрение.

Ясно, что такой сложный орган, каким является глаз, должен получать хорошее питание. И всю его поверхность от центра сетчатки до самой роговицы охватывает разветвленная система кровеносных сосудов. Без детальной информации о состоянии этих сосудов, об особенностях кровоснабжения глаза, прежде всего глазного дна, врач не может с необходимой степенью надежности определить эффективность того или иного метода лечения. Чтобы дать прогноз по восстановлению зрения после операции, врач также должен обследовать глазное дно.

С середины прошлого века основным прибором для такого обследования было изобретение одного из самых выдающихся ученых прошлого века, Германа Гельмгольца — офтальмоскоп. В своем простейшем варианте, который, впрочем, мы чаще всего видим в руках окулистов и сейчас, — это сферическое зеркальце с отверстием посередине. Свет от сильной лампы собирается зеркальцем в узкий и мощный пучок, который направляется в зрачок пациента. Свет проходит через глаз, отражается от глазного дна и через отверстие в зеркальце попадает в глаз врача.

Век назад этот метод произвел настоящую революцию в медицине, но сейчас его недостатки очевидны. Во-первых, надо заботиться о том, чтобы помешать рефлекторному сужению зрачка под действием света. Для этого в глаза закапываются препараты, на которые люди по-разному реагируют. Во-вторых, сильный свет слепит глаза, пациенту хочется отвернуться или сомкнуть веки, все это нервирует врача и мешает ему спокойно изучать состояние глазного дна. Наконец, в-третьих, таким образом можно получить лишь самое общее представление о состоянии сетчатки, так как видны лишь самые крупные сосуды.

И вновь на помощь приходит техника. Прежде всего, конечно же, глаз врача следует заменить микроскопом с фотоаппаратом, и тогда вместо постоянно горящей лампы можно использовать импульсную вспышку, за время свечения которой зрачок не успевает сузиться. Так возникла идея ретинальной камеры — устройства, которое позволяет получить фотографию глазного дна, доступную для изучения и сопоставления в течение длительного времени.

Значительное усовершенствование метода произошло с изобретением сначала моментальной — типа «Поляроид», а затем и цифровой фотографии. Отпала необходимость ждать, пока проявится пленка и отпечатаются снимки. Современные ретинальные камеры используют также и все преимущества компьютерной техники: цифровое изображение сетчатки обрабатывается специальной компьютерной программой, а затем сохраняется в памяти компьютера. Пациент может списывать его на дискетку или копировать через Интернет. При этом можно получать изображения мельчайших деталей сетчатки, размеры которых ограничиваются лишь диаметром окуляра и длиной волны используемого источника света.

Глаз пациента прикладывается к окуляру прибора, на вид практически неотличимому от окуляра видеокамеры, только внутри совсем темно. На самом же деле, в это время глаз исследуется невидимыми инфракрасными лучами. Внутри прибора они преобразуются в видимое на экране изображение. С помощью специальных меток врач может навести прибор на резкость, выбрать нужный угол наблюдения сетчатки по отношению к оси зрения. Затем срабатывает яркая, но маломощная вспышка, не ослепляющая глаз, и цифровая фотография готова. Остается лишь распечатать ее на цветном принтере целиком или какую-то ее часть.

Преимущества таких камер и в том, что они позволяют использовать источники света с различными параметрами. Например, для того чтобы получить обыкновенное цветное изображение глазного дна, необходим источник так называемого «естественного» света, в котором примерно в равной степени присутствует излучение всех длин волн — от красного до фиолетового. Благодаря этому мы и можем воспринимать цвета; ведь если бы он был, скажем, красным, то красное нам казалось бы ярко-красным, желтое — темно-красным, а фиолетовое — черным.

Этот эффект оказывается очень полезным при обследовании мельчайших кровеносных капилляров. Для этого в кровь вводят небольшое количество флуоресцентного вещества, обладающего способностью поглощать свет одной длины волны, а потом переизлучать его с другой длиной волны. Самым известным из флуоресцентных веществ является фосфор — он способен надолго сохранять накопленную световую энергию, чтобы потом излучать ее в течение длительного времени. Из-за этого кажется, что в темноте он светится сам.

Но фосфор ядовит, и в офтальмологии чаще всего используется так называемый флуоресцентный натрий, который поглощает голубой, а излучает зеленый свет. Если освещать сетчатку голубым светом, а при фотографировании установить зеленый светофильтр, то на полученной черно-белой фотографии кровеносные сосуды будут видны как яркие белые разводы на черном фоне.

К сожалению, у этого метода есть небольшой дефект — и голубой, и зеленый свет хорошо поглощается пигментным слоем сетчатки, эпителием. Иногда это мешает как следует рассмотреть сосуды. В последнее время широкое распространение получил метод, основанный на применении нового препарата — индоцианина грин. Он и поглощает, и излучает невидимые инфракрасные лучи. Они беспрепятственно проходят как через эпителий, так и через эмульсию фотопленки. В этом случае достоинства ретинальной камеры наиболее выражены, так как она позволяет и освещать глаз невидимыми лучами нужной длины волны, и наводить на резкость невидимое изображение, и получать высококачественную цифровую фотографию в невидимой части спектра.

Подобное оборудование появилось в техническом арсенале офтальмологии совсем недавно, но оно уже производится целым рядом различных фирм, специализирующихся на оптических приборах.